КИСЛОТНЫЕ ЗОНТИКИ из города Свердловска

Интервью с группой «Acid Umbrellas»

Что-то давно (целый месяц уже!) не писали мы о всяких музыкальных подонках. Заскучал ты, наверное, без свежих мозговых атак! Ну и вот, на сей раз гвозди программы — Yoбургские «Acid Umbrellas». Играют они, как ты сам понимаешь, полный неформат (а с другими мы дел обычно не имеем), но у себя в регионе неслабо известны. Да и в Москве-Питере засветились достаточно — да что я тебе тут вешаю, сам слышал, если не полный музыкальный даун. На связи — двое: МС Игорь Лисник и Андрей «Большой» Тельминов, который у них на гитаре играет.

Х.: Я вот долго думал, с чего начать, парни, и решил сразу взять быка за яйца. Давайте, друзья, начнем с клоунов-убийц, про которых вы песни поете и на обложках сидюков своих рисуете. Откуда эта фишка у вас взялась? Игорь: Мы в детстве были просто шокированы маргиналом-эквилибристом Олегом Поповым, а потом уже всяких Феллини насмотрелись, Кубриков, Берджессов. Ну и конечно, советский фильм «Цирк» — о любви к афроамериканцам — оказал на нас огромное влияние. Еще мы группу «Швах» очень любили…

Х.: А мне вот вообще кажется, что в клоунах изначально есть что-то злое. Даже не в убйцах. Олега Попова все дети боялись. А вы вот, оказывается, нет…

Игорь: Ну, да, есть. Вот известный русский рокер Владимир Шахрин всегда говорил, что ему очень близка наша тема, что он тоже больше всего боялся клоунов, потому что они в гриме, и слонов, потому что они какают. У нас даже тут есть местный директор цирка, который раньше был клоуном, а потом стал депутатом. Ясен перец — если бы в нем чего-нибудь адского не было, он бы туда не полез.

Большой: Вообще-то клоуны-убийцы — типичная свердловская тема. «Агата Кристи» об этом же пела, пока в Москву не свалила.

Х.: Да, точно, я помню. А если уж о Свердловскке заговорили: что это за гаражная музыка города Свердловска, о которой у вас песенка есть?

Большой: Гаражная музыка — единственная форма существования подонков. Подонкам не место на эстраде, они существуют только в четырех стенах наедине с самими собой, либо ночью на улице — за железными гаражами. Это что-то вроде скрытой угрозы, панк-идеология, в голом виде.

Игорь: Просто у нас город очень промышленный, индустриальный. Даже всякие богоугодные заведения его не спасают. Тут все работает, как на конвейере. Поэтому ощущение какой-то механики, довлеющей над тобой, есть всегда. У нас город — одно сплошное гетто.

Х.: А почему вы это гетто по старинке величаете? Уже ведь давно все употребляют термин «Екатеринбург» или «Yoбург»…

Игорь Лисник: Петь о несуществующем городе и говорить, что ты из несуществующего города — тоже своего рода фишка. Вот у америкосов хорошо эта тема проработана: город-призрак, Дикий Запад, закон Кольта и все такое… В свое время у меня даже бейсболка была с эмблемой ГДР — страны, которой уже давно нет. То есть форма уже давно куда-то делось, а все воспоминания, отношения — живы. Все, что между людьми происходит и происходило, так или иначе гигантский отпечаток оставляет. И когда от этого резко пытаются дистанцироваться, становится просто отвратительно. Отсюда и Свердловск, собственно говоря.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

90 − = 84